Савинова Прасковья Алексеевна
Новосибирская область, с. Кыштовка

 

Савинова Прасковья Алексеевна

Малая родина – место, где человек родился, родной дом с его теплом и уютом, знакомая улица, тропинка у реки и берёзка под окном. Мои родственники родились в разных уголках Российской империи. Но в далёкой маленькой деревне Крутихе Кыштовского района долгие годы жили предки, приехавшие из Белоруссии, освоившие эти таёжные и суровые края, создавшие трудом своим удивительную историю новейшего времени.

Историей нашей большой семьи занимаемся все: работаем в архивах, ведём большую переписку с родственниками в Украине, Беларуси, Москве, Германии, собираем предметы материальной культуры, фотографии и письма, которые могут многое рассказать о близких нам людях.
Наши предки - выходцы из Белоруссии, а точнее из Могилёвской губернии Быховского уезда. В конце 19 века в далёкую и неизвестную Сибирь людей гнало малоземелье и беспросветная жизнь.

Доходили слухи, что среди тайги и болот можно разработать земли под пашню, построить избы и безбедно жить. Для жительства была определена Томская Губерния Каинский уезд Кыштовская волость выселок Крутихинский, отмеченный на карте Томского исследователя Шубина.

Уже в 1894 году был выделен участок Крутой, на месте которого потом и возникло село Крутиха. Откуда такое название? В реку Майзасс впадает маленькая речушка, которая сейчас превратилась в глубокий овраг, с крутыми берегами и тихим течением – Крутиха. Всего было выделено 4454 десятин земли и намечено было 268 душевых доль. Выделенный участок стал быстро заселяться, и в 1911 году посёлок Крутихинский насчитывал 97 дворов.

Глухие таёжные места сначала посетили ходоки – выходцы из Западных и Центральных губерний России. Но далеко не все потом начали трудный и долгий переезд, но уж если ехали, то большими семьями, чтобы навсегда связать свою судьбу с неизвестной и далёкой Сибирью.

В числе первых на новое место жительства в 1896 году приехали прадед Никифор Павлович Хомченко со своим братом Калиной. Никифору в ту пору было уже 78 лет, но крепкий и здоровый мужчина, всю жизнь работавший на земле, никаких трудностей не боялся.

Никифор Павлович приехал с сыновьями Николаем, Петром, Алексеем, Фомой и дочерьми Александрой и Марфой. Все они были молодыми и здоровыми, а главное – трудолюбивыми. Постепенно обзавелись своими семьями, построили дома, освободили от тайги и болот земли, которые до сих пор называются Лопоцуёвскими паями.

Планировка и застройка села Крутихи была привязана к таёжной речке Майзасс. Именно река стала источником подсобных доходов населения от рыболовства, охоты, сплава леса. Избы были выстроены в два ряда, образуя «порядок» - ряд улицы. Хозяйственные постройки: амбары, кладовые, сенники, огороды размещались за домами. Усадьбы в деревне были обнесены «заплотами» - деревянными заборами с горизонтальным расположением брёвен, что придавало усадьбе определённую замкнутость и недоступность для глаз соседей.

Суровая природа Сибири диктовала свои жёсткие условия: строительство прочной и тёплой избы, надворных построек для скота бань «по-чёрному», колодцев – «журавлей». Жилые помещения в Крутихе не отличаются особым разнообразием. В основе избы заложена клеть, представляющая собой четырёхгранный или прямоугольный сруб из брёвен длиною шесть или восемь метров. Крыша делалась двухскатной и покрывалась дёрном или листами берёзовой бересты, прижатой жердями. Окна большими не делали, так как стекло добыть было очень сложно, а в сенцах и других постройках прорубленные окна вообще затыкали тряпками или сеном. Подобные избы стояли на деревенской улице вплоть до 50-х годов прошлого века, когда уже жить стали в большем достатке, легче стало добывать строительные материалы, просто стали жить как-то более просторно и культурно.

Дом нашей семьи был маленьким в две комнаты с подслеповатыми окнами.

Большой дом построил для семьи уже отец Алексей Петрович Хомченко, когда не было в живых его родителей Петра Никифоровича и Ефросиньи Григорьевны.

Ещё до недавнего времени в селе Крутихе проживало 16 семей с фамилией Хомченко, но сейчас там живёт только семья моего брата Петра Алексеевича.

Мой дед Пётр Никифорович родился в 1870 году в Быхове Могилёвской губернии. В молодости работал на пана, служил в 5-м Гренадёрском Киевском полку в городке Черикове, женился на дочери священнослужителя, и в Сибирь уже выехал с женой и новорожденной дочерью, которая умерла в дороге. В 1900 году Петр Никифорович был снова мобилизован в армию и из города Каинска в составе сформированного в Новониколаевске отряда был отправлен в Китай. Через год дед вернулся в Крутиху и был награждён медалью «За поход в Китай». Пётр Никифорович был человеком очень добрым и порядочным, никогда не курил и не пил спиртного, пятерых детей воспитывал в строгости. Он всё в хозяйстве делал своими руками: шил шубы и шапки, делал орудия труда и домашнюю утварь, охотился и ловил рыбу, ходил с внуками в лес за ягодами и грибами, сам заготавливал дрова, до глубокой старости косил сено. Умер он в 1960 году в возрасте 90 лет.

Сыновья Петра Никифоровича трудились в родной деревне, потом служили в Красной Армии, участвовали в Великой Отечественной войне. Старший сын Адам Петрович был человеком для своего времени прогрессивным, откликнулся на призыв страны по освоению Дальнего Востока. В конце 30-х годов он уехал в город Читу на золотые прииски вместе с молодой женой, а в 1942 году пропал без вести в боях на Волховском фронте.

Второй сын Алексей Петрович был человеком образованным (7 классов), в колхозе работал бригадиром, рано вступил в ВКБ (б), в годы войны принимал участие в разгроме Квантунской армии, награждён многими медалями. Своим четверым детям всегда говорил, что надо жить по-справедливости, считал, что они должны получить образование. Мы - четверо его детей получили образование, разъехались в разные уголки страны, чтобы потом слетаться в родовое гнездо, в таёжную деревню Крутиху в наш старый и такой родной дом.

Жена Алексея Петровича Олимпиада Васильевна была из рода Клинцовых, которые приехали в Крутиху из Никоновичей одними из первых. В семье все пахали землю, растили детей, участвовали в Великой Отечественной войне, и четверо сложили головы на полях сражений, в том числе и отец Мартыновский Василий Семёнович. Олимпиада Васильевна до конца дней помнила многие события, которые происходили в селе в разные годы. Большую роль играло православие. В старом доме до сих пор висят иконы, которые были привезены из Быхова. Искусно вышитые крестиком рушники украшают строгие лики Николая Угодника, Богоматери.

Сначала население выбирались в волостное село Кыштовку за 60 километров в Святоникольскую церковь, чтобы обвенчаться, окрестить детей. Но потом в селе Верх-Майзасс была построена Иоаннозлатоусская церковь, а позднее небольшой приход появился и в Крутихе, который был разрушен в 1929 году. Мама со слезами вспоминала, как у ограды развели костёр, в который бросали иконы, как плакали и женщины, и мужчины.

Праздники в селе праздновались широко и весело. Бережно хранились обряды и традиции, привезённые из «Расеи»: празднование Рождества, Пасхи, Троицы, съезжие праздники. В родной деревне до сих пор делают национальные белорусские блюда: драники из картошки, овсяный кисель и большие пироги с морковью, капустой, рыбой. 

А некогда большая и шумная Крутиха становится маленькой деревенькой, каких в России великое множество. Уже разъехались Пустоваловка и Еланка, которые стояли на самом краешке Васюганских болот. Зарастают лесом паи Клинцовых, Хомченко, Бобковых, Васильевых, затягиваются каналы, в которые стекала рыжая вода из болот, и болота подступают к самой деревне. Главная примета белорусского села – удивительный говор, над которым время не властно, да ещё колодцы – «журавли», из которых и сейчас берут воду. Они жалобно поскрипывают, будто прощаясь с теми, кто когда-то жил в этом сибирском селе, ходил по широким улицам, радовался и грустил, кто был частицей истории большой страны.

Только бывает такое, когда соберутся деревенские пожилые женщины и зазвучит настоящая белорусская песня, протяжная или озорная, и как-то особенно заблестят их глаза и сквозь морщинки засветится улыбка, будто вспоминают они своих родных и соседей, мужей, лежащих в братских могилах в далёких краях или на сельском кладбище, свою прошлую деревню, где играла гармошка, вереницей бежали босоногие ребятишки.

И молятся старожилы, чтобы деревня жила, чтобы все были живы и здоровы, чтобы приезжали в деревню её бывшие жители, разлетевшиеся по всему свету, чтобы накрывали рушниками могилы предков и вспоминали тех, кто отдал лучшие годы жизни нашему таёжному краю. Каждый должен помнить то место, которое зовётся малой родиной, чтобы прикоснуться к корням рода своего, чтобы понять, что держит человека на этой земле.

На деревенской улице зимой Наш старый дом Наша старая школа Крутихинские экспонаты в школьном музее